Способность ставить свое «хочу» над «хочу» других

Автор: Валерий Плотницкий

Так уж выходит, уважаемый читатель, что для того, чтобы ставить своё «хочу» хотя бы не ниже «хочу» других людей, необходимы определённые навыки.

В какой-то степени ставить своё «хочу», ставить себя хотя бы не ниже других, как бы по-детски это не выглядело, – это о том, чтобы быть способным себя противопоставлять другим людям.

Ставить себя не ниже других – это про быть способным порой расти и расцветать против роста шерсти, что, кстати, не всегда удобно, про то, что не всегда удаётся сделать аккуратно, без последствий.
А тот волос, уважаемый читатель, что растёт против шерсти, волос, который выделяется, обычно норовят выдернуть, извлечь, и именно этот волос обычно подвергается давлению.
Необходимо, уважаемый читатель, для противопоставления себя другим быть способным на эти, скорее, давление и неприятные последствия соглашаться, необходимо уметь с ними мириться и их принимать, терпеть.

Без способности пренебрегать мнением других, наверное, непросто ставить себя и свои «хочу» хотя бы не ниже других.
Ведь способность пренебрегать, не обращать внимание на мнения других – это, в свою очередь, про то, чтобы спокойно принимать то, что Ваши действия могут не понравиться другим людям, про то, чтобы спокойно принимать то, что другие могут отвернуться от Вас, отказаться и отречься от Вас, уважаемый читатель.

Ставить свои хочу не ниже хочу других – это про то, чтобы быть способным в глазах других людей спокойно представать недостаточно правильным, недостаточно хорошим, недостаточно приятным.

Скорее даже про то, чтобы быть способным в глазах других быть, представать не_правильным, не_хорошим, не_приятным.
Про то, чтобы быть готовым в глазах других людей быть своего рода ошибкой, волосом, растущим против естественного роста шерсти.
И это непросто, уважаемый читатель.

Далее размышления о том, почему это делать непросто, почему непросто ставить своё хочу, хотя бы не ниже чужих хочу.

Дело в том, уважаемый читатель, что средний человек в оценивании себя опирается на мнение существующего вокруг него мира.

Скорее всего, все мечты среднего человека, скорее, все идеи среднего человека, что, скорее, все среднего человека идеалы позаимствованы им из мира, в котором он живет. И так уж выходит, что другие люди – неотъемлемая часть этого мира, его мира. Другие люди и представляют для среднего человека его мир, если и не полностью, но в существенной степени. И более чем существенной для того, чтобы средний человек с ней считался.

Оценки и мнения среднего человека обо всем опираются на мир, в котором он живет, и, еще раз, другие люди – часть этого мира.
Скорее всего, все мечты, идеи, идеалы среднего человека включают в себя одобрение людей, если и не всех, то определенной их части.

Я к тому, уважаемый читатель, если сказать прямо, что без одобрения людей или определённой их части, мечты, идеи, идеалы для среднего человека теряют всякую ценность. Есть конфликт, и этот конфликт нужно среднему человеку решать. Это и представляет собой ставить своё хочу, выше чужих хочу. Это и представляет собой ставить себя не ниже других хочу. Это представляет собой поставить себя выше других. Это и представляет собой то самое пресловутое «быть собой».

И для среднего человека эти идеалы, идеи, мечты и мнения других – своего рода «божество», он в них верит, верит так же сильно, как верили люди, живущие задолго до нас, в то, что если нет дождя, то это потому, что их бог гневается. И эти древние люди готовы были сделать что угодно, чтобы их бог послал им долгожданный дождь. Для среднего человека мнения других в виде одобрения, поощрения, похвалы – обязательное условие, святая его святых.

И он, этот средний человек, и эти древние люди вокруг этой веры, этого «божества» строили свои жизни.
Они строили и строят свои жизни, опираясь на это всеобщее принятое, правильное, вокруг того, что неразрывно связано с мнением других.

И обычно, уважаемый читатель, людей не пугает, более того, они вообще не привыкли задумываться о том, что «божество» может быть не таким уж и правильным с точки зрения их личностного счастья.
Чем, кстати, вера в «божество» тупее, тем сильнее и чётче очерчены границы божества, тем меньше площадь божества – грани допустимого, приемлемого.

Об этой вере.
Как средний человек видит верующих во что-то вокруг себя и верит, опираясь на веру окружающих, так и древний человек верит в причину гнева его бога, являющейся причиной засухи, опираясь на то, что так думают другие. И в обоих случаях средний и древний человеки опираются на мнение других, окружающих их людей, и в них, в других людях, они видят подтверждение существования этого «божества». Древние верят в могущественного бога, современный человек верит в свои идеалы и мечты. Сквозь мнения других эти идеалы и мечты обретают ценность и массу.

Средний человек видит, что на эту веру, «божество» опирается определённое количество людей, значительное обычно либо по своему количеству, либо качеству. Он видит, что другие этой какой-нибудь вере следуют. Средний человек обычно не умеет допускать, что количество верующих не свидетельствует о качестве. Средний человек не имеет обыкновения понимать, что количество верующих может не представлять собой доказательства факта существования «божества».

Опираясь на это «божество», веру в это «божество», средний человек
выстраивает всю свою жизнь, оценивает и её происходящую, и себя сквозь эту происходящую жизнь. И эта вера для среднего человека – точка отсчёта, его альма-матер, его система оценок. Вера, базирующаяся на мнениях других, окружающих его людей.

И отказаться от неё – это, по сути, предать, разгневать своё божество.
Отказаться от веры в «божество», отказаться от «божества» означает поставить себя, человека, выше своего бога. А это вряд ли выглядит безопасным для среднего человека.

Для древнего человека предать своего бога означало умереть от засухи. Древний человек не умел допускать, кажется, что успех в выращивании культур, количество осадков имеют другие, не божественные корни.

Еще раз, уважаемый читатель, для среднего человека, для древнего человека «божество» в виде мнений окружающих представляет собой систему координат, опираясь на которую он выстраивает свою жизнь.

И средний человек в это божество верит не меньше древнего человека, способного убивать за это божество, приносить в жертву для своего «бога» множество голов скота или даже людей.

Можно говорить о том, что для среднего человека предательство своего бога, отречение и противопоставление себя своему «божеству» равнозначно отказу от этой системы координат, выходу из зоны границ своего мира, что обычно равнозначно для среднего человека, скорее, гибели, смерти. В этом средний человек сегодняшнего дня не слишком ушёл от своих пращуров, праотцов.

Для среднего человека мнение мира и окружающих среднего человека людей представляет фундамент его личности. Отказываясь от него, он теряет систему координат. Среднему человеку не на что будет опираться, кроме себя. А опираться на себя средний человек не умеет, среднего человека этому не учили. Без мнения других средний человек теряет землю под ногами и летит в пропасть.

Для среднего человека предать своего бога - не самый простой шаг, даже, наверное, это меньшее чего средний человек желал бы. И среднего человека можно понять: в отказе от мнения других он видит смерть. Средний человек выбирает других. И пусть цена этого не_отказа от «божества» других равнозначна потери себя.

И не думаю, что среднего человека за отсутствие такого непростого шага нравственно осуждать и не только со стороны, но и ему самому себя.

Человек, воющий на территории другой страны, осуществляющий якобы миротворческую функцию, убивающий людей, которые ему ничего не сделали, обычно подвергается осуждению за это со стороны глядящих на эти убийства с другой стороны людей. Эти глядящие люди недоумевают, почему он не бросит автомат и не отправится домой незамедлительно.
К сожалению, глядящие люди, не всегда понимают, что они требуют пойти против роста шерсти среднего человека. Люди, осуждающие его, не всегда понимают, что требуют от человека-автоматчика отказаться от своего «божества», требуют от человека-автоматчика того, чего он никогда в своей жизни не делал и, скорее, не может.

Глядящие и осуждающие человека-автоматчика, скорее, находятся в таком же положении, что и человек-автоматчик. В случае не_осуждения в кругу осуждающих не_осуждающий рискует столкнуться с теми же ужасными для него последствиями, с которыми может столкнуться человек-автоматчик, отказываясь брать автомат снова.

А для человека-автоматчика бросить автомат и отправится восвояси не так-то и просто.
Для человека-автоматчика выбор не опускать автомат является всего лишь наименьшей золой, желанием оставаться в своём мире. Для человека-автоматчика нежелание отпускать автомат и убивать «негодяев» является желанием сохранить свою собственную жизнь, и осуждать его за это, осуждать в том числе за убийства, уважаемый читатель, наверное, как бы это ни звучало, скорее безнравственно.

Особенно безнравственно осуждать с позиции такого же среднего человека, который в таких же обстоятельствах, скорее, поступил бы также.
Средний человек обычно не рискует всей своей жизнью даже в подобных очевидных и неправильных обстоятельствах.

Для человека-автоматчика речь идёт не только о негативных последствиях, связанных с дезертирством, речь идёт не только о возможном тюремном заключении, речь, возможно, идёт о всевозможных негативных последствиях, которые могут случиться, включающие в себя осуждение других людей. Для человека-автоматчика речь идет об осуждении его людьми его мира. Мира, в котором он из себя что-то да представляет. И это осуждение другими, кажется, более значительно чем другие факторы для человека-автоматчика.

Себя терять средний человек не намерен, и средний человек не хочет замечать, что опирается не на своё собственное мнение, а на мнение других.
Средний человек в течение своей жизни верил в свои идеи, ценности, в своё «божество». Вокруг своего «божества» средний человек строил себя и свою жизнь.
И надеяться на то, что вот сейчас он противопоставит себя этому божеству, скорее, наивно. И опять же, осуждать его за отсутствие подобного отречения, не_выбора – скорее, безнравственно.
Средних людей не обучали подобному.

Обстоятельства, окружающие средних людей, скорее, давили на них в пользу отказа от себя, нежели чем наоборот.
И это касается любых средних людей на планете вне зависимости от страны, места.

Да, у среднего человека, скорее, были в жизни хорошие сказки, хорошие книги, хорошие фильмы, некоторые люди, борющиеся за свободу разумов, но этого, как показывает история, всегда оказывалось недостаточно для того, чтобы средний человек стал способен на противопоставления своего «хочу» над «хочу» других.
Погоду делает большинство, а отдельные взятые, поставившие себя выше других, претендующие называться нравственными – погоды не делают. Их успехи менее значительны в сравнении с количеством людей, верующих в глупости.

Уважаемый читатель, когда случается так, что стремления среднего человека выходят за пределы своей божественной веры, он выбирает между жизнью и смертью.
А на смерть нужно быть способным. И в первую очередь не храбростью, не волей, а интеллектуально.
Автор: Плотницкий В.В.
Мы целенаправленно не используем функцию защиты от копирования в первую очередь - для Вас!
Пожалуйста, осуществляя полное или частичное копирование представленных материалов оставляйте ссылку на первоисточник".

С уважением,
команда Валерия Плотницкого